Художник – архитектор Василий Сергеевич Кузнецов

Василий Сергеевич Кузнецов, брат Ивана Сергеевича, родился 1 марта 1878 года в Москве. Был крещен 5 марта священником Николаем Соколовым с причтом в Московской Сретенского сорока Покровской церкви в Покровском , что при Покровской Общине Сестер Милосердия. Восприемниками были: «1-ой Московской инженерной дистанции портулей юнгер Иван Матвеевич Снигирев и жена мещанина Новгородской губернии города Боровичей Василия Дмитриевича Шульгина Авдотья Александровна». В это время семья Кузнецовых жила в Москве на ГазѾвской улице, 8 .

8 августа 1890 года Василий подал Прошение в Московский Совет Художественного Общества: «Желая поступить в Училище Живописи, Ваяния и Зодчества, покорнейше прошу Совет, подвергнув меня установленному испытанию, принять в число учеников Училища. Прилагаю Метрическое свидетельство № 65 и паспорт №1760. Сын крестьянина Василий Сергеевич Кузнецов»

В 1896-7 году окончил курс наук, в 1898-9 году закончил учебу в Училище и получил малую серебряную медаль.

Императорскую Академию Художеств в Санкт-Петербурге закончил со званием художник- архитектор( Диплом №399 выдан 11.02.1903 года).

Василий Сергеевич был очень высокого роста и очень красивый мужчина, веселый, остроумный и хорошо чувствующий шутку человек. Был исключительно артистичен.

Когда Василий учился в Школе Живописи, Ваяния и Зодчества под влиянием соучеников ходил по городу в красной рубахе с дубиной.

Иван Сергеевич считал, что Вася очень талантливый архитектор , однако построек его в Москве немного. В основном он строил особняки, но характер у него был сложный и потому из-за ссор с заказчиками он часто не осуществлял свои проекты. Возможно, что в некоторых сложностях во взаимоотношениях с заказчиками была виновата его жена Вера Николаевна.

Круг общения у Василия Сергеевича был очень широк. Друзьями его, главным образом, были люди искусства. С ним дружили художник Константин Коровин, великий русский певец Федор Шаляпин, актер Малого театра Остужев. Он был близко знаком с Валентином Серовым. Другом Василия Сергеевича был композитор Юрий Сергеевич Сахновский.

Василий Сергеевич имел удивительно тонкую душу. Письма его

всегда были нестандартны и очень поэтичны. Например, поздравительная телеграмма Шаляпину : « Рад, что имею возможность поздравить русского гения искусств, чаровавшего двадцать пять лет народы. Желаю здоровья еще на многие годы. Василий Кузнецов». Или в письме Л.В.Собинову ( он в 1916 году начинал строить для Собинова дом в районе Сочи): « Спальню и столовую можно будет потом отделать деревом, возможно, каштаном, что можно сделать божественно».

Женат он был на актрисе Вере , которую он, как будто бы, привез из Самары .Её мать и сестра жили в мебелированных комнатах. Дама она была весьма своеобразная, периодически ссорилась с мужем и уходила к матери. При этом наказывала матери: «Кузнецова не пускать!»И однажды он не поехал...

Константин Алексеевич Коровин очень ярко описал их взаимоотношения в рассказе «Васина супруга».

« Приехал ко мне в деревню приятель с женой. Пара была статная. Вася –великан, сажень в плечах, здоровенный. Она – тоже большого роста, красивая, румяная. Темные глаза, ровные жемчужные зубы и большой, какой-то положительный рот. Говорила немного нараспев и вкрадчиво. Была у нее дочь от первого брака тоже большая и тоже положительная, хорошо училась и занималась живописью.

За обедом супруга спросила, что стоят в деревне яйца и творог. Я не знал.

- Ну вы все такой же, в облаках живете. А куры почем?

- Три рубля, - ответил я.

- Три рубля курица! Ну вот. А ты говоришь –деревня. В деревне все дороже.

- Да ведь это он нарочно, - вмешалась моя сестра, - разве это можно, чтобы три рубля? Зря болтает.

- Нет, не нарочно, Сама помню, Жили мы в Листвянах на даче, Вася курицу захотел к обеду, Я послала. Так тоже говорили два или три рубля.

- Что же, - поинтересовался я, - купили?

- Нет... Вы подумайте. Принесла баба курицу – худющую. «Сколько?- спрашиваю:«Два рубля». Я и говорю: « Ты в бога веруешь?» А она в ответ: « Я, -говорит, вам не бога продаю, а курицу». Повернулась и ушла, Подумайте! Нет, жить в деревне нипочем не стану.

Обед продолжался.

Посмотрев на мужа она опять спросила:

-Ложки серебряные? –

-Что ? –удивился я.

-Не стала бы держать серебряных в деревне.

- Как же не стала бы,- вмешался муж, - да ведь у нас на даче тоже серебряные?

- На даче другое ответила супруга не без строгости и губы сложила

- Дача все же не деревня, там почище.Здесь все глаза пялят, и тоже скажет «серебро». Не очень-то хорошо.

- Принесли кдубнику. Супруга не унималась.

Посмотрела на мужа.

- Не стоит ягоды собирать! Столько хлопот! В Москве прямо с лотка, и клади в рот.

В милых и положительных разговорах, прошел обед.

Курить мы пошли ко мне в мастерскую. Там на мольбертах стояли неоконченные картины.

Смотря на картины она опять спросила:

- Вот рамки , я думаю, тоже дорого стоят?

- Дорого ,- согласился я.

- Без рамок кто же купит? Повесить –то некуда.

Потом разговор пошел о том, сколько сахару кладется в варенье и что в городе готового варенья сколько угодно и дешевле.

После обеда мы отправились с Васей на реку ловить рыбу. В лодке на середине реки Нерли, у леса, как-то сразу стало хорошо и вольно. Цветные жуки весело прыгали на светлой и ровной поверхности воды. Вечерело. и кусты ольхи ярко отражались у берегов. Насвистывала иволга. поплавки окунались , мы вытаскивали горбатых окуней, золотых

На бугре показалась жена.

-Ну что, ловится? – издали просила она.

В это время Вася вытащил окуня.

Прелесть, они вкусны, как сахар, - радовалась супруга. - А я по грибы пойду. Вот нашла подосиновик. Хоть и не едят их в Москве.

Ушла, - сказал Вася и, вынув из кармана бутылку, разом выпил ..........

« Вечером, за ужином, Васина супруга говорила:

- Вот уж некогда не стала юы жить в деревне, Мухи, комары. Ужас. Конечно, Вам нечего. Вы картины пишите, В картинах все хорошо выходит, даже болото... А на самом деле: что в болоте хорошего?

- Просто гадость, и кому нужна картина с болотом?

- Она торжествующе улыбнулась.

- Вы думаете, я дочь живописи зря учу? Ошибаетесь. Художницу скорее замуж возьмут. Мужу лестно, что жена его художница, а не просто так. Я и учителя позвала такого, который гладко и ровно пишет. Гладко - всем понятно, а эти ваши мазки разные для немногих. Жених – то, может и не поймет вашей живописи, разных ваших импрессионистов, а гладкую всякий дурак понимает. Гладко, и рад.

- Она встала и ушла с террасы.

- Мы остались с Васей одни. Долго молчали.

- - Ну что? – сказал он наконец. – Правду ли я говорил? Терпеть она не может людей, как ты, называет их дурацкими мечтателями. Что она обо мне думает, не возьму в толк, но во всякую мою работу вмешивается. А главное - при получении заказов – чтобы дороже брал. И , представь, бывает права! Что и говорить, деолвая у меня жена. Да только, только... так это мне надоело, что бежал бы , куда глаза глядят. Вот уж понимаю, как в монастыри уходили прятались в кельи, делались затворниками – наверное, все от таких баб. Я тоже в монастырь уйду.

- Ну нет, тебя в монахи не возьмут...

- ....А может, я и есть страдалец больше всех, Ведь души моей никто не видит...»

- Супруга Василия решила уехать из деревни.

- «Подводы тронулись. Она не обернулась. За воротами мелькнула ее синяя шляпа с розовым шарфом. Сестра шла от ворот и тоже не взглянула на нас. Прошла молча к себе в комнату.

- - Уехала , - сказал прятель.

- И вдруг начал с диким топотом прыгать на одном месте, выходило вроде какого-то танца.

- Что ты, что с тобой, чему ты радуешься?

- Но он продолжал прыгать все быстрей, притоптывая и выкрикивая:

- - Гоню, выгоняю. Выдыбай, выдыбай!

- И вдруг стал, как вкопанный.

- Я подошел к нему: в голубых глазах Васи светились слезы.»

После того как Василий Сергеевич расстался с супругой он женился на очень красивой женщине Ольге Александровне. По рассказам моей мамы, на бывшей продавщице из магазина Мюр Мюрелиз ( туда брали хорошеньких) . Ольга была с Василием Сергеевичем до самой его смерти и ухаживала за ним ,когда он очень тяжело болел. После его смерти она вышла замуж за его друга актера Малого театра Александра Алексеевича Остужева.(Свидетельство о браке №4448 от 4 декабря 1929 г. Фамилии после заключения брака: Пожаровы)